>>4925821Вот интересная копипаста: … Джесс сидел в Крепости и печально оглядывал поляну. Было немного времени – середина обычного дня. Лес нисколько не поменялся. Разве что «высох» - дождя не было с того страшного момента. Погода если не издевалась, то по крайней мере будто поддразнивала Джесса.
Но Джесс не поддавался. Он как всегда, сидел и смотрел вдаль.
Он не мог объяснить своих чувств. Все в школе называли это «Любовью», причем мальчишки, услышав это слово, ухмылялись, а девочки – хихикали. «Им не понять» - подумал Джесс. У них не было такого друга, как Лесли. Они не теряли её, как терял он.
Они не чувствовали себя виноватыми, как он. Они не чувствовали такой любви к человеку. Во всяком случае, Джесс был в этом уверен.
Он вспоминал её. В сотый… Нет, в тысячный раз.
Соломенные, порой непослушные волосы. Мягкие черты лица. Лицо это просто сияло, словно солнце. Сияло добротой. Эта незабвенная улыбка. Прекрасные глаза, большие и красивые. Брови, при помощи которых только Лесли могла передать почти любую эмоцию. Её необычный стиль… Джесс все помнил, как вчера. Отец все верно тогда сказал: «…И ты никогда не забудешь её.»
Джесс поднялся на ноги. Пора бы и домой.
Спустившись, Джесс вдохнул свежий, сладостный воздух этой страны. Их с Лесли страны.
Он вспомнил её слова. «Просто закрой глаза… И дай волю своему воображению.»
Джесс уже направился к реке, как вдруг к нему в голову пришла идея – пойти погулять в дальний Лес. «Плохая идея» - подумал Джесс. Но тут же представил, как Лесли безуспешно пытается сдержать смешок, и ему даже от такой мысли стало не по себе.
Да и что может с тобой произойти? Сейчас день, светло. Ничего плохого не будет – ты ведь не трус, Джесси, - подбадривал себя Джесс.
Джесс развернулся и пошел по тропинке. Миновав Крепость, Поляну Колоколов и жилье «Воинов из Мотыльковых провинций», мальчик начал пробираться через кустарник. Идти было легко – дул ветерок, сухие хвойные иголки под ногами стелились перед Джессом мягким ковром, солнце светило маленькими золотыми лучами сквозь кроны деревьев.
Джесс не знал, сколько шел. Он и не подумал оставить пометки для возвращения – хоть здесь он и не был, это была его с Лесли Терабития, и он знал, что в любом случае сможет вернуться.
Джесс вышел к небольшому озерцу – кристально чистому, искрящемуся на солнце. Джесс присел – шёл он, как оказалось, довольно долго. Ему было жарко, лицо горело. Коварное солнце незаметно припекло.
Джесс встал на коленки перед озерцом. Набрал воды в руки и выплеснул на лицо. Этого ему показалось недостаточно, и он, набрав в легкие воздуха, опустил голову в воду. По всему телу пробежали приятные прохладные мурашки. Джесс резко вытащил голову из воды, судорожно вздохнув. За плечо его кто-то держал.
От неожиданности Джесс упал и начал пятится. На него смотрела Лесли – совершенно обычная, живая, настоящая, улыбающаяся Лесли Бёрк.
Джесс не на шутку испугался, его бросило в пот.
- Джесс? Как же я рада тебя видеть! – сказала будто девочка совершенно Лесливским голосом.
- Л…Л…Л-лесли?
- Ты ведь шутишь? Ну конечно же, это я, Джесси! – девочка нагнулась и щелкнула Джесса по носу.
- Но… Но как? Ведь… Ты же… Музей… Веревка… Порвалась, - Джесс лишился дара речи. Он еще не знал - бояться ли существа, как две капли воды похожего на Лесли, или радоваться ему.
- Все верно. Веревка порвалась, я упала в воду и потеряла сознание. Очнулась я тут - видишь? В это озерцо впадает та самая речка. Меня вытащили из воды наши Терабитяне – их деревня недалеко отсюда.
- Но… Лесли… Твое тело… Его… Его же вытащили из реки, в том самом месте? Твои родители решили тебя кр… Кр… «Кремеравать», по-моему.
Глаза Лесли расширились от ужаса и удивления. Джесс пожалел о том, что сказал это.
- Но я ведь осталась здесь… В Терабитии… Я думала, что меня просто еще не могут найти, и собиралась идти домой – но все время я забывала дорогу…
Джесс встал и подошел к Лесли. Дрожащая рука выдавала его страх, но он прикоснулся к руке Лесли. Она была мягкой и теплой.
- Ты… Настоящая! Я могу тебя пощупать, я вижу тебя, слышу тебя… Лесли, но… Как?
- Я сама не знаю, - Лесли была ошарашена, - пойдем прогуляемся?
Они гуляли около двух часов. Джесс уже привык к ней – вот будто бы и не уходила от него Лесли. Дети были счастливы. Они разговаривали, смеялись и держались за руки. Как ни странно, этого попросила Лесли – она слишком боялась, что она всего лишь дух, в любой момент она может раствориться в воздухе. Но напрасно. Джесс ощущал её руку, и от руки по всему телу расходилось тепло.
Они пришли на ту самую поляну перед Крепостью и сели на бревно. Джесс просто не мог налюбоваться её лицом.
- У меня с лицом что-то не так? – испугалась Лесли.
- Нет-нет, все в порядке, - улыбнулся Джесс, про себя добавив: «Оно прекрасно».
- Лесли… Я хотел сказать тебе… То есть…
- Да, Джесси?
- Прости меня. Прости меня за то, что меня не было с тобой, когда ты… Ну… Когда ты… Когда веревка оборвалась.
- Джесс…
- Прости, что не позвал тебя с нами в музей. Пожалуйста, прости меня, - Джессу ничего никогда не давалось так сложно, как просить в прощения у Лесли в тот момент.
- Джесси… Мне не за что прощать тебя, - по правой щеке Лесли текла слеза, - я сама назло тебе побежала в тот день в Терабитию, потому что видела, как ты уезжаешь с мисс Эдмундс. Я сама… Я сама умерла.
Джесс плакал. Впервые в жизни Джесс Ээронс плакал перед девочкой.
Лесли неуверенно подняла руку… Поколебалась… И все же положила руку на щеку Джесса. Джесс удивленно поднял глаза, на щеках проступил румянец. Лесли смотрела на него с такой нежностью и грустью, какую невозможно передать словами.
И тогда Джесс сделал то, чего давно стеснялся даже в своих мыслях, а так же ему было больно оттого, что он никогда этого не сделает. Но сейчас шанс появился, и Джесс сделал это, переборов стыд.
Он обнял Лесли за плечи. Крепко-крепко, и Лесли ответила на объятия.
Так они и стояли. Обнявшись, плача от горя и радости. Оба были смущены, на щеках пылал румянец.
«Это дружеские объятия» - повторял Джесс снова и снова.
Начинало темнеть.
- Лесли, я ведь не дойду до дома.
- Пожалуйста, не бросай меня!
- Ты ведь королева Терабитии, тебе нечего бояться. Пойдем в деревню, я отведу тебя.
- Да ладно, - сказала Лесли переменившимся тоном, - спасибо тебе, Джесс.
- За что? – остановился Джесс.
- Спасибо за то что не забываешь меня.
Повисла неловкая пауза.
- Лесли? С тобой все в порядке?
Но Джесс уже понял все до её ответа. Лесли начала медленно таять в воздухе, грустно глядя на Джесса. Он попытался схватить её за руку, но лишь «пощупал» воздух.
- Стой, Лесли!
Лесли перестала таять, как ни странно.
- Как это? – Джесс сам не понимал своего вопроса. Зато Лесли все правильно поняла.
- Помнишь тот луч света, который я поймала в церкви? Кусочек там еще остался. Этот свет имеет чудесную силу. Слышал о «скорости света»? Ты знаешь, что она быстрее времени?
- Нет, а что за… - открыл было рот Джесс.
- Использовав этот свет, можно переместиться во времени.
- Но…
- Проблема в том, что я не помню, куда его дела.
- Но зачем ты мне об этом рассказываешь?
- Просто чувствую, что должна сказать тебе это сейчас.
- Странно…
Лесли стала снова медленно исчезать, становиться прозрачней.
- Постой!
- Да? – Лесли снова остановила процесс.
- Лесли… Я… Ну… Я… Я не успел тебе сказать…
- Что?
- Понимаешь… Я… Я л-люблю тебя.
Прекрасные глаза Лесли снова расширились от удивления, а щеки бледно порозовели. Но она деланно рассмеялась, и спросила:
- Что-что?
Джесс не нашелся, что ответить. Он смотрел на Лесли, как вдруг она произнесла…
- Я… Знаю. Я тоже люблю тебя, Джесси.
И она стала исчезать.
- Постой же!
Едва можно было различить её тело – такой прозрачной стала Лесли.
- Что, Джесс?
- А… Это все происходит у меня в голове… Или это правда?
- Конечно, это происходит у тебя в голове, Джесси. Но кто сказал тебе, что поэтому оно не должно быть правдой?
- Всего лишь сон! – сокрушался Джесс, утирая слезы.
Он задремал, глядя на поляну, сидя в Крепости. Задремал и ему приснился сон.
Был день. Возможно, он поспал час.
Джесс начал собираться домой. Кап! На щеку упала капелька чего-то.
«Кап! Кап! Кап!» - было слышно отовсюду.
Пошел дождь. Впервые с того страшного момента. Сильный, но теплый «слепой» дождь. Солнце ярко светило, будто подмигивая Джессу. Он невольно улыбнулся, на душе стало легче.
- Вот это дождик! Да, сынок? – спрашивал отец, сидящий с Мэй Бэлл на софе перед крыльцом.
- Да, пап.
- Папочка, это кто-то плачет, очищая своими слезами нашу планету! Я права? – спросила Мэй Бэлл.
«В чем-то ты несомненно права, сестренка» - ответил ей про себя Джесс, войдя в дом.
Весь вечер семейная чета Ээронсов провела в гостиной, наблюдая в окно за дождем. Рассказывая друг другу истории, делясь радостями и горем – это была самая счастливая семья во всем мире. Во всяком случае, так казалось каждому присутствующему. Они не включали в тот вечер телевизор и свет – вместо света отец поставил большие красивые свечки. Они все лежали на матрасах, расстеленных на полу перед большими окнами. Вечером миссис Мэри Ээронс приготовила вкуснейший пирог, и вся семья с наслаждением поедала его, запивая лимонным чаем. Это был самый настоящий семейный праздник.
А наверху, под подушкой Джесса Ээронса, покоилась и ждала своего часа маленькая сумочка с синеватым светом внутри. К сумочке была прикреплена записка: «Ты ведь знаешь, куда ты должен отправиться и что изменить.»
Немного ниже, неуверенным кривым почерком было написано: «Я очень хочу обнять тебя еще раз.»
